EN 

ЛИ Цзо

ЛИ Цзо

ЛИ Цзо

Пекин, Китай

Каллиграф, поэт, преподаватель

Каллиграфия Китая отражает человечность

Суждение о красоте в китайской каллиграфии совсем иное, чем суждение о красоте в европейской живописи. Это особенная система суждения о Красоте существует только в Китае. Как мы все знаем, человек – это самое красивое существо во всём мире. У него есть не только внешняя красота, но и внутренняя. А в китайской каллиграфии тоже есть внешняя сторона и внутренняя. Гибкая кисть с тушью ложится на белую бумагу, и остаётся «живой» чёрный след, который обладает не только внешней, но и внутренней Красотой.

Когда каллиграф пишет кистью, на бумаге остаются черты и следы, которые показывают скорость, прерывистость, поворот, начало движения и конец движения. Поэтому хорошее произведение каллиграфии точно как красивый человек: отражает не только внешнюю и внутреннюю красоту, но и её темперамент и свойственный ей характер. Такая красота тесно связана с эстетическим суждением каллиграфа.

И поэтому мы можем сказать, что любое произведение китайской каллиграфии – точно как интеллигентный и обладающий элегантным вкусом человек.

Дальше мы с трёх сторон объясняем человечность китайской каллиграфии.

(1) Использование кисти связано с человечностью.

В Китае в период правления династии Юана самый известный каллиграф Чжао Менфу сказал: «Хорошая каллиграфия должна подчёркивать, как использовать кисть». А использование кисти связано с человечностью.

В древнем Китае о каллиграфии говорили, что автор должен держать кисть сильно, но не только с давлением, но и с повышением, т.е. поднять кисть тоже должен с силой, но в то же время ещё характерно регулировать её. При изменении давления кисти автора каллиграфические следы, которые остались на бумаге, то толстые и жирные, то тонкие и мелкие, то мягкие и сухие, то жёсткие и сочные. Эти изменения показывают тональность, которая абсолютно выражает красоту, индивидуальность, как музыка, показывает изменение настроения и характера автора, выражает собственное суждение о каллиграфической красоте. И поэтому оно прямо показывает человечность. И из этого вытекает с кисти в каллиграфическую красоту, как человеческая кожа, получается человеческая красота. Эта кожаная красота человека показывает живость, мускулистость и человеческую силу. Только здоровые мускулы и кожа могут показать красоту человека, а больное, бессильное, слабое тело или кожа не выражают никакую красоту. А сила в каллиграфии тоже как в человеке, показывает здоровье в почерке. Она может выразить разнообразные красоты, характер, темперамент и даже, как говорят, интеллигентность.

Известный каллиграф династии Хана Цзай Ион сказал: «Должно заставить кисть идти по бумаге, как человек идет по дороге». Он сравнивает каллиграфическое письмо с ходьбой человека – это очень удачно. Потому что человек, когда он ходит, поочерёдно опускает и поднимает ноги. Так и в каллиграфической работе, где кисть должна постепенно и свободно, даже характерно подниматься и опускаться. И такое суждение о красоте сказывается на том, что каллиграфия тесно связана с человеком и человечностью. Поэтому уже тысячи лет подряд китайцы искали человеческую красоту в сравнении с использованием кисти.

(2) Составление черт каллиграфии тоже связано с человечностью.

Составление черт – иероглиф – это важный момент в каллиграфии. У нас каллиграфы в давние времена уже нашли связь между составлением черт иероглифов и человечностью. Самый выдающийся каллиграф Ван Шицзь сказал: «Произведение каллиграфии не может без мускулов и кожи, словом, без жизни. Если в каллиграфии одна точка неправильно поставлена, это как у красавцы один глаз испорчен, а если одна черта в каллиграфии неправильно поставлена, это как будто у силача одна рука сломана». Из этого мы можем узнать, что суждение о каллиграфии в древности у нас совсем как суждение о человечности. Давным-давно у нас уже было сказано, что каллиграфические иероглифы не должны быть как мертвые тела, а должны быть как живые люди, у которых должны быть и руки, и ноги, и даже живые очи, которые подвижны и сильны, словом, здоровы. Поэтому каждая черта в каллиграфическом произведении должна иметь свойственную ей эстетическую связь с человечностью. Только в соответствии с этим суждением мы можем написать первоклассное произведение каллиграфии, а это всезнающее суждение как раз о человечности и жизненности. Это особенная китайская каллиграфическая эстетика.

Первоклассное произведение не только вызывает у нас воспоминание об отдельных красавцах, но и о разных людях, в произведении все иерогрифы должны быть как живые люди, например, ряд солдат или танцующие телодвижения. У них не только красивые руки и ноги, но и красивое телосложение и телодвижения. Это и есть жизненность каллиграфии. Лучшее каллиграфическое произведение должно показывать жизненность и человечность. И из этого вытекает каллиграфический характер, темперамент и даже живая элегантность. Так что человечность дала каллиграфическому составлению естественную Красоту, декоративную Красоту и характерную Красоту. Все эти черты гармонически составлены в каллиграфическом произведении.

(3) Использование туши связано с человечностью.

Китайская каллиграфия не может отделяется от туши , качество туши и наслаждение тушью являются очень большой важностью в каллиграфическом произведении. В Китае в древности тушь для каллиграфии должна быть густой, чёрной, даже блестящей. Говорят, что цвет туши, как и человеческая кожа – есть больная, нездоровая, бескровная и та, которая кровь с молоком. Самая красивая каллиграфия может сравниваться с человеческими глазами, в особенности с глазами ребёнка. Потому что у детей глаза самые чистые и светлые. Тушь для каллиграфии должна быть с блеском. Использование туши ещё сравнивается с кровью. Это выражается в том, что тушь в каллиграфии как кровь в человеке: она отражает не только блеск, но и вдохновение, и живость каллиграфии. В первоклассной каллиграфии тушь должна быть выразительно чистой, свежей, густой и чёрной с блеском глаз. Почерк с такой тушью блестит на бумаге и вызывает у нас эстетическое наслаждение, которое вдохновенно и живо выражает человечность.

Удачное каллиграфическое произведение, в котором не только сильные мускулы, красивая кожа, но и прекрасное телосложение и телодвижение, вызывает у нас глубокое эстетическое наслаждение во всех строфах, как будто они героические солдаты, которые с оружием в руках ходят, бегают, даже сражаются. Эти иероглифы не мертвые, а живые, оживлённые, словом, как человеческие органы гармонически составленные. Каллиграфическое суждение о красоте как суждение о человеке, у которого должно быть здоровое тело, красивые мускулы, здоровая кожа, ловкие телодвижения и ещё блеск пленительных очей.

Всё вышесказанные с трёх сторон объясняет эстетику каллиграфии в привязке к человечности. Мы можем сказать, что каллиграфическая красота – это человеческая красота.

Работы автора

Поздравляющий иероглиф «Фу» («Счастье»)

Кисть, тушь, бумага, 33х27 см, 2011 г.

Стихотворение о цветах Мэй. Часть 1

Кисть, тушь, бумага, 26x37,5 см, 2011 г.

Стихотворение о цветах Мэй. Часть 2

Кисть, тушь, бумага, 26x37,5 см, 2011 г.
Вернуться к списку
До открытия выставки 97 дней
Мудрые мысли
«Каллиграфия — это музыка, только обращенная не к слуху, а к глазу». В.В. Лазурский