ДРАЧЕНКОВ Андрей Павлович

Мой путь к каллиграфии

Каллиграфия для меня – это вершина огромного айсберга под названием «письменная культура». Когда после «полиграфа» я вернулся в Вятку, то не представлял, чем же здесь буду заниматься. Однако очень скоро я оказался в православной гимназии. И рубеж тысячелетия оказался рубежом в моей жизни. При гимназии появилась иконописная мастерская, которая параллельно стала и студией рукописной книги «Буквица». Я собирался заняться в ней с ребятами каллиграфией и изучением древних почерков (диплом мой был посвящён первому почерку Остромирова Евангелия). Однако духовник гимназии о. Сергий подарил мне неожиданную тему. Он сказал: «В древности у многих народов было узелковое письмо. Это особый символический язык. В нашей речи сохранились обороты, напоминающие об этом письме. Попробуйте начать с этого». И мы начали да так увлеклись, что целый учебный год занимались «словоплетением». Нашлось много интересного материала. А я для себя открыл особый язык древнего орнамента и полюбил загадочную средневековую рукописную книгу, в которой нет ни одного случайного завитка. Реконструировав узелковое письмо (конечно же, на уровне среднего звена школы), мы «сплели» первое четверостишье гимна гимназии. А на следующий год мы начертали весь гимн гимназии своими иероглифами. Работа с символикой, где каждый элемент – целое понятие, помогли перейти к абстрактному изображению понятий и действий. Изучив принцип египетских иероглифов, мы создали небольшую азбуку иероглифов для всего гимна. Далее – античная книга, восковые церы, процарапывание греческих з