EN 

МОЩЕЛКОВ Анатолий Николаевич

МОЩЕЛКОВ Анатолий Николаевич

МОЩЕЛКОВ Анатолий Николаевич

Россия, Москва

Каллиграф, график, член Союза художников России, лауреат национальной премии «Русская галерея — ХХI век», лауреат региональной премии им. Афанасия Куликова

Краткий палеографический экскурс

Если по определению, то каллиграфия — это та область изобразительного творчества, где индивидуальность художника раскрывается в большей мере, чем, скажем, в живописи и печатной графике. В основе каллиграфии лежит почерк, то есть то, что присуще человеку как данность свыше, независимо от его взглядов и принципов, и раскрывает те внутренние нюансы, которые могут быть зафиксированы за считанные минуты. В каллиграфии возможно вынашивание образа годами, зато исполнение — за часы и минуты. Вероятно, эта противоречивость рассматриваемых начал и обусловливает определённый образ жизни и мыслей, что, в свою очередь, характерно для горстки каллиграфов. Научиться каллиграфии практически нельзя, можно овладеть законами шрифта, знать теоретическое и практическое написание графем, но ни на шаг не приблизиться к каллиграфии. Это как способность к рифмованию, которая никоим образом не делает тебя поэтом.

Давая анализ и резюме сделанному в каллиграфии, я ловлю себя на мысли о величайшем противоречии бытия и духа. В определённом смысле, логика — бич искусства. Где начинается логика, там кончается искусство. А искусство, и в частности каллиграфия, — категория метафизического свойства, и расклад по «полкам» напрочь блокирует понимание сути вопроса. Вероятно, лишь ретроспективный анализ каллиграфии способен в какой-то степени подчиниться логике.

История каллиграфии в мире уникальна, будь то Восток, Западная Европа или Россия. Например, «расшатывание» устава на Руси как ранней формы кириллицы, началось, по сравнению с Востоком и Азией, довольно быстро. В данном контексте я говорю о теории знака как о художественно-графической концепции. Казалась, логика уставного письма была настолько незыблема, что вряд ли какие времена способны потрясти его. В этой незыблемости и таилась слабость. Сама структурология знака изначально несла весьма ограниченные коммуникативные возможности. Но, несмотря на свою раннюю форму, которая в принципе была нежизнеспособна, устав остаётся величайшим образцом «дисциплинированной» конструкции, ярчайшим памятником которого является Остромирово Евангелие (1056—1057 гг.). В подобной стабильности устав просуществовал не более трех веков и уже к началу XIV века стал меняться, становясь более подвижным и жизнеспособным. А в целом, за пять-семь веков уставное письмо претерпевает колоссальные перемены.

Коммуникативные и утилитарные требования торопили изменить характер письма, что совершенно рознит нас и Европу с Китаем, где каллиграфия была рождена уже каллиграфией. С 221 г. до н. э. она как искусство, как смысл жизни мгновенно проникает во все слои населения и независимо от человека приобретает статус духовного критерия. А на Руси в XI в. малочисленность писцов хоть и выводила их на более значимый уровень, всё же уставное письмо было в рамках тех сдерживающих форм, ради чего и появилась письменность, — в рамках книги. Со всей совокупностью начал, сдерживающих и ограничивающих свободу, устав как вид письма не мог являться отдельной, самостоятельной формой, оставаясь в рамках законов прописного письма с неизменной перпендикулярностью знаков.

Происходит обратное, как это ни странно звучит: статус духовного критерия стал тормозить развитие письменного знака. Даже в случаях, когда быстрая рука писца невольно наклоняла буквы вправо (например, Евангелие Апракос X—XI вв. «Саввина книга»), это нельзя было назвать изменением графической формы знака. Тектоника знака оставалась прежней. Это произошло позже, с появлением полуустава, когда появляются верхние и нижние выносные элементы, такие важные для структуры строки и текста в целом. Именно тогда был заложен базис для рождения каллиграфии. Впервые писец почувствовал, что статус духовного критерия, определённый только для канонического писания, относится и к нему. Теперь он руководствовался собственным пониманием буквы, строки и страницы. Происходит постоянная модификация знака, меняются его начертание, свободнее и разнообразнее становится угол пера, появляется осмысленный наклон («Апостол» Ивана Фёдорова, 1564 г.). Но, тем не менее, всё это я бы отнёс к искусственному вычленению рукописного знака как художественно-графической формы, интерпретированной писцом. Образовавшаяся в XIV в. почти одновременно с полууставом скоропись также в большей степени носила чисто утилитарный характер. Но быстрота в исполнении, более широкий охват объектов (грамоты, государственные акты и пр.) позволяют скорописи как виду кириллического письма проявить не только жизнестойкость и превратиться в самостоятельный тип письма, но и явиться прологом современной каллиграфии. Палеографические исследования выявляют три основные вида скорописи: московскую (XV — нач. XVIII вв.), белорусскую (XV—XVI вв.), украинскую (XVII в.).

Своеобразным изяществом отличается украинская скоропись с её многочисленными выносными элементами; с одной стороны, она обладает своеобразным изяществом; с другой стороны, она более неудобна из-за ряда букв, писавшихся над или под словами. Часто встречались лигатуры, что придавало определённый изыск. Но более простой и совершенной считается московская скоропись. Элементы из скорописи легли в основу ряда букв гражданского шрифта Петра I.

Значительными образцами скорописи XVII в. являются: «Азбука славянского языка и написания скорописью учиться писать…» (1652—53 гг.); «Буквицы славянского языка» (каллиграф Илейка) — это богатейший образец памятника ранней русской каллиграфии; «Рукописные образцы букв» (Карион Истомин, 1694 г.).

Пожалуй, Пётр I своим «гражданским письмом» прекратил «движение» скорописи, дав начало развитию знака по пути конструкции, что, в свою очередь, привело к созданию массы шрифтов, как печатных, так и рукописных. Но это развитие, шедшее по пути конструктивизма, не могло не наскучить художнику. И приблизительно на рубеже XVIII—XIX в. каллиграфия делает второй виток в своём развитии, который просуществовал около века. На этом этапе мы схожи с Западной Европой. С развитием техники вновь «забывается» художник-каллиграф. Создание печатной машинки напрочь вытесняет гоголевских Акакиев Акакиевичей. В какой-то степени это и определило мастерство и талант писца. Произошёл «естественный отбор», остался один из тысячи, который и продолжил третий виток развития каллиграфического искусства, на отрезке которого я как каллиграф и нахожусь.

Работы автора

Стихира Сергию Радонежскому

Бумага, ширококонечное перо, тиснение, кожа, люверс и шпагат, 60х45 см, 2008 г.

Великая похвала Ольге (панегирик)

Бумага, ширококонечное перо, тиснение, латунь, люверсы, шпагат, 50x70 см, 2008 г.

Пётр Великий (Песнь о рождении Петра I, май 30, 1672 г.)

Бумага, остроконечное перо, тиснение, люверс, кожа, 57х45 см, 2008 г.

Закон всемирного тяготения в сонетах Шекспира о любви

Бумага, остроконечное перо, тушь, акварель, лак, латунь, офорт, общий размер композиции 85х180 см, каждая часть 85х60 см, 2008 г.

Четыре сонета о любви. Шекспир

Бумага, тушь, остроконечное перо, гуашь, латунь, общий размер композиции 71х240 см, каждая часть 71х60 см, 2008 г.

Музей рукописи «Вечное вращение»

Смешанная техника, 62х52,5 см, 2009 г.

Мистическая голова Дон Кихота

Бумага, офорт, акватинта, смешанная техника, 46х53 см, 2009 г.

Пять сонетов о любви. Шекспир (сонет 20, 22, 23, 24, 46), 2007 г.

Бумага, тушь, перо, кожа, латунь, 5 частей по 40х30 см

Шекспир. Сонет 28

Бумага, офорт, остроконечное перо, тушь, 24х36 см, 2003 г.

Цитата

Бумага, кисть, тушь, 18х24 см, 2007 г.

Шекспир. Сонет 126

Бумага, тушь, перо, 19х24 см, 2008 г.

От Иоанна. Цитата из Библии

Бумага, остроконечное перо, кисть, тушь, тиснение, 29х41 см, 2003 г.

От Матфея. Цитата из Библии

Бумага, остроконечное перо, птичье перо, тушь, тиснение, 20х29 см, 2003 г.

В начале было слово. Цитата из Библии

Бумага, птичье перо, 40х59 см, 2005 г.

Шекспир. Сонет 46

Бумага, остроконечное перо, кисть, тушь, тиснение, 44х59 см, 2003 г.

В начале было слово. Цитата из Библии

Бумага, птичье перо, остроконечное перо, тиснение, кожа, латунь, травление, 30х40 см, 2009 г.

Слава в вышних Богу... 1

Бумага, перо, тушь, 29х41 см, 2009 г.

Слава в вышних Богу... 2

Бумага, перо, тушь, 34х45 см, 2009 г.

Слава в вышних Богу... 3

Бумага, перо, тушь, 36х46 см, 2009 г.

Слава в вышних Богу... 4

Бумага, перо, тушь, 30х51 см, 2009 г.

Слава в вышних Богу... 5

Бумага, перо, тушь, 35х47 см, 2009 г.

Слава в вышних Богу... 6

Бумага, перо, тушь, 34х44 см, 2009 г.

Песнь о взятии Казани Иваном Грозным 1552 г.

Бумага, тушь, остроконечное и ширококонечное перо, тиснение, кожа, латунь-травление, люверсы, 50х70 см, 2014 г.
Вернуться к списку
Выставка закончилась
Мудрые мысли
«Каллиграфия — это музыка, только обращенная не к слуху, а к глазу». В.В. Лазурский