Искусство письма, столь уважаемое на Востоке и почти забытое в нашей стране, начинает новую жизнь. Мастера каллиграфии, подлинные хранители искусства, в последнее время изучаемого лишь в художественных заведениях, достали перья и кисти и готовы вновь продемонстрировать миру красоту и мощь написанного слова. Именитые каллиграфы из Японии, поддерживая российский проект, углубляют понимание значимости буквы в искусстве и повседневной жизни.
Статья на тему японской каллиграфии:
Японские мастера
|
|
|
Кэйдзи Онодэра
Президент ассоциации японских каллиграфов, инициатор проекта «Слово и кисть».
|
|
|
 |
Сёэн Ивао
«Танец» (135x70 см)
Балет «Лебединое озеро» — первое, что вспомнилось о России, поэтому темой своей работы я выбрала танец. Для меня, не столь изящной, создать кистью лёгкое движение было задачей крайне трудной.
|
|
|
|
Суйсэн Накатани
«Солнце и луна» (140х70 см)
На протяжении трёх лет я писала на тему мира. Данная работа — одна из них. «Солнце и луна не падают не землю», — мне понравились эти слова. С помощью знаков «Луна» и «Солнце» изображено само время.
|
|
|
|
Тэссэн Сасаки
«Повозка» (220х54 см)
Знак «Повозка» с надписи на древней керамике. В первую очередь стояла задача дать радость понимания знака людям, находящимся вне рамок иероглифической культуры.
|
|
|
|
Дайка Харакон
«Милосердная Каннон» (200x75 см)
Тайный образ Будды, ставший национальным сокровищем, произведение эпохи Асука, в котором, как считается, явлен облик принца Сётоку. До того, как в семнадцатом году Мэйдзи Эрнест Феноллоза снял мистический покров с изображения, этот образ был объектом тайного поклонения на протяжении 1200 лет.
|
|
|
|
Сюко Янагидзава
«Стихи Куан Тинь-цзянь» (205x69 см)
«Древние письмена отзываются в моём сердце...», — я люблю эти слова, очень точно передающие впечатления от чтения классических книг. Они притягивают нас орнаментальным стилем письма, наиболее близким к древним знакам, в характере черт которых отражена полнота чувств и ощущений.
|
|
|
 |
Итиё Нариама
«Весна» (227х53 см)
Я выбрал стихи Нацумэ Сосэки, великого японского писателя эпохи Мэйдзи, воспевающие отношение человека с красотой весеннего пейзажа. Работа выполнена на сусальном золоте бледно-розового цвета. Я старался создать образ весны, где вместе с таянием снега оживает наша душа.
|
|
|
|
Сико Катаока
«Тридцать шесть древних классических поэтов» (200х60х3 см)
Шестнадцать танка из собрания древней японской поэзии, написанные на красивой японской бумаге в виде двух длинных свитков. У меня было желание донести миру культуру Японии через стихи, знаки канны и красоту аппликации.
|
|
|
|
Кинрю Асами
«Дракон и тигр» (120x60x2 см)
Древние китайские знаки, попытка выразить это чудо современными средствами каллиграфии.
|
|
|
|
Сэйсон Судзуки
«Изящество японской культуры» (135x90 см)
Письмо с использованием знаков канны и иероглифов стало плотью и кровью для японца. Распространить его по всей Японии, сделать его предметом высокого искусства, доступным для каждого; забыв о старости, направить все свои скромные силы на выполнение этой задачи. Под силу ли это одному человеку?
|
|
|
 |
Бандзё Танэя
«Недеяние» (138 х 70 см)
Очарование древних знаков. В данной работе я попытался применить древний орнаментный стиль письма тэнсё и рэйсё. Образцом служили надписи на шёлке ранней эпохи Хань.
Используя жидкую тушь, благодаря расплавам, лёгкому касанию кисти и спутанности линий, добивался ощущения объёма.
|
|
|
|
Тосю Тэраока
«Сакура в лунную ночь» (150х60х2 см)
Для своей работы выбрала два стихотворения о цветах Акико Ёсано и Тэккан Ёсано. Создавая контраст между «живыми», ритмичными знаками работы в целом и написанными раздельно знаками в слове «мисэбая», старалась достичь гармонии.
|
|
|
|
Тохоку Харада
«Свет моря» (178х89 см)
Стою на морском берегу и смотрю на морскую гладь, излучающую яркий свет. Световые блики то появляются, то исчезают. Эта вечная игра природы завораживает и успокаивает душу. Капельки туши взмывают вверх, указывая на след кисти. Кисть в руках — средоточие энергии.
|
|
